ВСПОМИНАЯ ПРОПИСИ

…«Проба пера»(точнее – аэрографа)закончилась фиаско. Сначала из узкого отверстия железного карандаша вылетал необыкновенно воздух. Стоило же посильнее нажать на клавишу подачи краски, как на «холст» – плоскую жестяную поверхность, покрытую слоем грунта, шлепнулась изрядная порция краски. Заместо того чтоб застыть, она растеклась аляповатой кляксой. Я судорожно пробовал что-то поправить, но с каждым новеньким «штрихом», с каждым движением аэрографа загаданный цветочек – мой тест на профпригодность – преобразовывался в бесформенную грязно-весеннюю тучу. А ежели бы это было не «бэушное» крыло безызвестного кара, а лакированный бок серебристого «кадиллака»?

– Вы, Андрей, живописали когда-нибудь?Желая бы буквы?– вопросец моего наставника, 1-го из самых популярных сейчас аэрографиков Москвы Бориса Кудряшова прозвучал беспощадно. Увы, мой художественный опыт ограничивался написанием плаката с перечислением государств Варшавского Уговора. Дело было в 1987-м в армии, когда замполит поверил в мой талант.

А ведь кажется, куда проще!Аэрограф подсказывает фломастер средней толщины. Давишь на пипочку – из отверстия ровненькой струей ложится на поверхность аэрозоль, будто из баллончика. Во всяком случае, у маэстро Кудряшова все так просто, проворно и живо выходит!Словно обыденным фломастером на бумаге живописует. И успевает при этом контролировать работу учеников-подопечных.

– Да не нагибайте вы аэрограф, – дает подсказку воспитанница Бориса, экстравагантная Галина. – Он обязан постоянно глядеть перпендикулярно поверхности, а не под углом, как вы привыкли писать.

С грехом пополам мне удается достигнуть более-менее правильного «нажима»: из-под аэрографа выходит корявая надпись. Наставник и воспитанники снисходительно похихикивают:

– Буквы-то выходят лучше – обычный вариант для журналиста!Пройдете обучение – можете больше, чем в журнальчике, зарабатывать.

Хотелось бы!Не столько зарабатывать, сколько выучиться снаружи просто и непринужденно расцвечивать образчики мирового автопрома всеми цветами радуги своей фантазии.

ГАРАЖНЫЙ НАТЮРМОРТ

Автоарт( Avtoart)студия Бориса Кудряшова, где мне пришлось постигать азы аэрографии, расположилась в одном из уголков большого автосервиса. Сходства с классической мастерской живописца никакого. Ни тебе комплекта гипсовых форм, ни разбросанных полувыдавленных тюбиков с краской, ни в кавардаке сложенных холстов и этюдников. Нет даже великолепных обнаженных натурщиц.

– Специфика, понимаете ли!Служение авто музе просит соблюдения технологии, – отшучивается Борис. – А ежели серьезно, то заказчик вряд ли усвоит творческий кавардак в мастерской. В конце концов, он доверяет собственный кар. А так как заказывает для него украшение, то светло, что психологически таковой людей оценивает свою машинку куда больше, чем обыденный автовладелец. Он в него просто влюблен!И поэтому вряд ли проявит снисходительность к кавардаку. Времена, когда аэрографией занимались в черном гараже при свете настольной лампы – избегали!

На нынешний день в Москве около 10-ка проф арт-студий, где клиент, не волнуясь за качество исполняемых работ, может заказать набросок на собственный кар. В критериях сходственного недостатка на необыкновенную услугу природным образом возникают халтурщики, готовые расписать вашу машинку «под орех» за маленькие средства.

– Другие умельцы обещают за сотку баксов нарисовать на кузове «Скрытую вечерю», – ведает живописец Кудряшов. – Но я убежден, что сходственное творчество только попортит машинку. Аэрография – точный технологический процесс. Он просит кропотливой подготовки поверхности, правильной ее обработки опосля завершения «художественной» доли.

ЗАЩИТА ОТ УГОНА

Оказывается, цены на аэрографию практически не имеют верхнего предела. Малая стоимость рисунка – 3500 рублей за одну деталь кузова. Соответственно, чем труднее набросок, чем больше размер работы, тем выше стоимость. Более-менее высококачественная «роспись» машинки стоит от 50 тыс. рублей.

Интересно, что настолько высочайшая на 1-ый взор стоимость услуг в знаменитом смысле экономически оправдана. По статистике ГАИ, даже самые знаменитые по доли угонов «ленд-крузеры» очень изредка «исчезают», ежели машинка расписная.

ШКОЛА МУЖСКОГО РИСУНКА

– Завышенный спрос на сервисы аэрографиков описывает не лишь высшую стоимость работы, но и немалые доходы профессионалов, – считает Кудряшов. – Природно, мастера стараются не допустить дискредитации аэрографии. Мы даже создали соединение художников-аэрографиков. Членство в нем может определенным образом гарантировать качество работ той либо другой студии.

Мастера беспокоятся о собственной репутации. Кудряшов, сделавший первую работу на кузове «шестерки» собственного знакомого еще в начале 90-х, сейчас перевоплотился в истинного мэтра – с воспитанниками и фирменной школой.

Учат основам аэрографии, как говорится, без отрыва от производства.

– С одной стороны, желанно, чтоб будущий аэрографик знал базы рисунка, обладал простой техникой, – рассуждает Борис о нужном минимуме познаний грядущего живописца. – Но, на мой взор, не наименее главна любовь к карам. Классический пример: почти все мальчишки, тоскуя на уроках, живописуют в тетрадках фантастические авто с не наименее дивным дизайном. Так вот, аэрография дозволяет воплотить мальчишеские мечты в жизнь. А технике работы с мат-лами, азам обращения с самим аэрографом можнож научить.

Само собой очевидно, сходственное образование стоит средств: 20 тыс. рублей за 50 часов обучения. На практике студенты, получающие образование без отрыва от производства, теснее к концу занятий с лихвой воздают эти расходы.

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОСВЕЩЕНИЕ КЛИЕНТА

Наносить краску на машинки заказчиков маэстро Кудряшов мне не доверил. В конце концов, это правосудно – образования не хватает. Но поучаствовать в технологическом процессе корреспонденту все же доверили. Под неусыпным взглядом наставника я, повязав косынку на манер свободного живописца, сдирал с боков открытого «Мерседеса» трафаретную пленку. Маэстро оценил мои сервисы на непревзойденно.

К слову сказать, авторская работа Кудряшова на бортах этого кабриолета превосходна. Живописец будто вывернул машинку наизнанку – аэрография представляет собой некоторый разрез внутренностей кара. Созерцатель как бы видит все механизмы через кузов. Роспись в стиле «техно» – штука спорная, как хоть какое творчество. Но, непременно, 2-ой таковой машинки нет и не будет!

– А понимаете, что желал заказчик вначале?– Кудряшов лукаво усмехается. – Просто просил нарисовать на капоте известную эмблему – трехлучевую звезду. Но когда увидел на компе, какой может стать его машинка, усложнил заказ.

В коллекции работ Кудряшова – дивные картины. Кто-то из клиентов заказывает портрет любимой. Кто-то просит нарисовать для нее нежных зверушек. А один суровый офицер-силовик выдумал, казалось бы, сюжет из безусловно несопоставимых частей:

– Он, по его словам, убежденный анархист и желал, чтоб в рисунке на кузове «Субару» были обязательно черт, пулемет «максим» и тачанка, – вспоминает живописец. – В архивах я отыскал фото известного ассистента батьки Махно – Левы Задова. Он и стал прототипом нечистой силы. Я остался доволен своим творчеством. А клиент – исполнением заказа. Природно, настолько необычную работу начинающему живописцу не поручат. Но фантазия у жителей нашей планеты безмерна. А означает, есть перспектива творческого роста…

Наверняка, еще не пришло время ставить художников-аэрографиков в один ряд с классическими художниками.

Но ведь про «Темный квадрат» Малевича 100 лет назад почти все тоже высказывались очень категорично...

-Сексапильное желание: био парадокс, который возникает совместно с половым созреванием и заканчивается совместно с браком.(Роберт Берн)